Гильгамеш и Агга

Это самая короткая шумерская эпическая поэма, кроме того в ней отсутствует упоминание о каких бы то ни было богах. По-видимому, это сказание можно рассматривать как историографический текст. Таблички с этим мифом были найдены экспедицией Пенсильванского университета в Ниппуре и датируются началом II тыс. до н.э., являясь, возможно, копиями более ранних шумерских текстов.


Агга был последним правителем I династии Киша, доминировавшей в Шумере после потопа. Видя возвышение Урука, где правил Гильгамеш, Агга отправил туда послов с требованием прислать жителей Урука на строительные работы в Киш. Гильгамеш обратился к совету старейшин своего города и те рекомендовали подчиниться. Тогда разочарованный Гильгамеш идет на собрание "мужей города" и те поддерживают его стремление освободиться от гегемонии Киша. Правитель Урука отказал послам.
Вскоре, "дней было не пять, дней было не десять", Агга осаждает Урук. Несмотря на зажигательные речи, в сердцах жителей города поселяется страх. Тогда Гильгамеш обращаясь к героям города просит их выйти за укрепления и сразиться с царем Киша. На его призыв откликается главный советник Бирхуртурре (Гиришхуртурре), но как только он выходит за ворота, его хватают, истязают и приводят к Агге. Правитель Киша заводит с ним разговор. Тут другой герой Забардибунуга поднимается на стену. Увидев его, Агга спрашивает Бирхуртурре не Гильгамеш ли это. Тот дает отрицательный ответ и люди Киша продолжают пытать Бирхуртурре.
Теперь на стену поднимается сам Гильгамеш и весь Урук замирает от ужаса. Узнав от Бирхуртурре, что это правитель Урука, Агга сдерживает войска, готовые бросится в бой.
Гильгамеш выражает Агге благодарность и поэма заканчивается восхвалением спасителя Урука , правителя Гильгамеша.

Послы Аги, сына Эн-Мебарагеси,
Из Киша в Урук к Гильгамешу явились.
Гильгамеш перед старцами своего города
Слово говорит, слова их ищет:

"Чтобы нам колодцы вырыть,
Все колодцы в стране вырыть,
Большие и малые в стране вырыть,
Чтобы работу завершить, ведро веревкой прикрепить,
Перед Кишем главы не склоним, Киш оружием сразим!"

Собрание старцев города Урука
Гильгамешу отвечает:
"Чтобы нам колодцы вырыть,
Все колодцы в стране вырыть,
Большие и малые в стране вырыть,
Чтобы работу завершить, ведро веревкой прикрепить,
Перед Кишем главу склоним, Киш оружием не сразим!"

Гильгамеш, верховный жрец Кулаба,
На Инанну он надеется,
Слова старцев не принял сердцем.
И второй раз Гильгамеш, жрец Кулаба,
Перед мужами города слово говорит, слова их ищет:

"Чтобы нам колодцы вырыть,
Все колодцы в стране вырыть.
Большие и малые в стране вырыть,
Чтобы работу завершить, ведро веревкой прикрепить,
Перед Кишем главы не клоните, Киш оружием разите!"

Собрание мужей города Урука
Гильгамешу отвечает:
"О стоящие, о сидящие!
За военным вождем идущие!
Бока осла сжимающие!
Кто для защиты города дышит? -
Перед Кишем главы не склоним, Киш оружием сразим!'

Урук - божьих рук работа,
Эанна - храм, спустившийся с неба:
Великие боги его создавали!
Великой стены - касание грозных туч,
Строенья могучего - созиданье небесных круч, -
Отныне хранитель, военный вождь-предводитель - ты!
Отныне воитель, Аном любимый князь - ты!
Как можешь ты страшиться Аги?
Войско Аги мало, редеют его ряды,
Поднять глаза его люди не смеют!"

Тогда Гильгамеш, жрец Кулаба, -
Как взыграло сердце от речей воинов,
Взвеселилась печень! -
Говорит слуге своему Энкиду:
"Ныне мотыгу секира заменит!
Боевое оружье к бедру твоему вернется,
Сияньем славы его покроешь!
А Агу, как выйдет он, мое сиянье покроет!
Да смешаются мысли его, помутится рассудок!"

И пяти дней нет, и десяти дней нет,
А уж Ага, сын Эн-Мебарагеси, на подступах к Уруку.
Смешались мысли Урука,
Гильгамеш, верховный жрец Кулаба,
Мужам своим доблестным молвит слово:

"Герои мои! Острогляды мои!
Отважный да встанет, к Are пойдет!"
Гиришхуртура, главный советчик вождя,
Вождю своему хвалу возносит!
"Воистину я к Are пойду!
Да смешаются мысли его, помутится рассудок!"

Гиришхуртура из главных ворот выходит.
Гиришхуртуру у главных ворот, при выходе,
При выходе у главных ворот схватили.
Тело Гиришхуртуры они истязают.
К Are его приводят.
К Are он обращается.

Он говорит, а кравчий урукский поднимается по стене.
Через стену голову свесил.
Ага его там приметил,
Гиришхуртуре говорит:
"Слуга! Муж сей - вождь твой?"

"Муж сей не вождь мой!
Ибо вождь мой - воистину муж!
Чело его грозно, воистину так!
Гнев тура в очах, воистину так!
Борода - лазурит, воистину так!
Милость в пальцах, воистину так!
Разве он не поверг бы людей,разве он не вознес бы людей?
С пылью он не смешал бы людей?
Страны враждебные не сокрушил бы?
Прахом "уста земель" не покрыл бы?
Ладьи груженой нос не отсек бы?
Агу, вождя Киша, средь войска его в плен бы не взял?"

Они его бьют, они его рвут,
Тело Гиришхуртуры они истязают,
Вслед за кравчим урукским Гильгамеш на стену поднялся.
На малых и старых Кулаба пало его сиянье.
Воины Урука схватились за оружье свое боевое,
У ворот городских и в проулочках встали.

Энкиду вышел из городских ворот.
Гильгамеш через стену голову свесил.
Ага его там заметил.
"Слуга! Муж сей - вождь твой?"
"Муж сей - вождь мой!
Верно сказано, воистину так!"
Людей он поверг, людей он вознес,
С пылью он людей смешал,
Страны враждебные он сокрушил,
Прахом "уста земель" покрыл,
Ладьи груженой нос отсек,
Агу, вождя Киша, средь войска его в плен забрал.

Гильгамеш, верховный жрец Кулаба,
Обращается к Are:
"Ага - староста у меня, Ага - смотритель работ у меня!
Ага - начальник в войсках у меня!
Ага, птицу-беглянку ты кормишь зерном!
Ага, ты беглецов возвращаешь домой!
Ага, ты вернул мне дыханье, Ага, ты вернул мне жизнь!"

"Урук - божьих рук работа!
Великой стены - касание грозных туч, -
Строенья могучего - созиданье небесных круч, -
Ты хранитель, вождь-предводитель
Воитель, Аном любимый князь!
Пред Уту прежнюю силу себе вернул,
Агу для Киша освободил!
О Гильгамеш, верховный жрец Кулаба,
Хороша хвалебная песнь тебе!""

Перевод В. К. Афанасьевой